Эхо Большой Арии

Город тонет в неоне, ночь стелет свои крылья, По пустым улицам шагаем, где раньше жил смех. Смотрю в окна — там лица в окнах, как забытые были, И звучит где-то в такт сердцу этот старый мотив.

Нам осталось только искусство и врачи, Тонкая нить между светом и тьмой. Кисти пишут надежду, скальпели режут страхи, Мы держим друг друга за руки, пока не догорит дом.

На стенах слышны стихи, как эхо большой арии, Пульс города подсчитывает шаги и мечты. В операционных лампах — молитвы простые и хрупкие, И в каждом штрихе портрета — чужая и своя судьба.

Нам осталось только искусство и врачи, Тонкая нить между светом и тьмой. Кисти пишут надежду, скальпели режут страхи, Мы держим друг друга за руки, пока не догорит дом.

Когда рушатся крыши и рушатся планы, Когда в голосе мира слышен стальной кашель, Художник берет кисть, врач берёт в ладонь знание — Они лечат раны времени и рисуют новый путь.